Водный поход, Вуокса 2007

Водный поход по реке Вуокса в июне 2007 года

В июне 2007 года, члены клуба вместе с нашими инструкторами совершили 9-дневный водный поход в Карелию. Краткий очерк о походе представляем посетителям нашего сайта. Поход – это и мечта, и стихийное бедствие. Мечта, особенно, когда это впервые. Стихийное бедствие, особенно если поход водный, и когда вода это не только река, но и в виде дождя, и от воды ни спрятаться – ни скрыться. Однако, Новичок, начавший поход в солнечное летнее утро, предвкушает более радужные перспективы, не забивая голову деталями, такими как: сырые дрова или их полное отсутствие, уплывшее по своим делам весло, детские слезы и неожиданные «внутренние» противоречия.

То самое солнечное летнее утро. С Финляндского вокзала мы отправились до станции оз. Отрадное и разбили лагерь на берегу. Мужчины, в том числе совсем юные, приступили к неспешной сборке «флотилии», состоящей из пяти катамаранов. «Индейские женщины» (две Лены и Наташа) собирали хворост, готовили еду, в промежутках принимали посильное участие в судостроении. Лёша рубил дрова, причем по науке! Значительная часть «пионерского» состава (пионеры это все дети нашего клуба, учавствующие в походе) честно пыталась завершить-таки партию в карты, начатую еще в поезде, и обещала внести свою лепту в общее дело. Каждый смог приложиться к насосу, чтобы накачать баллоны катамаранов. Желающих искупаться было… ВСЕ! От второго заплыва отказались… также все. Аргумент - мелковато будет. Но если честно,была ледяная вода!!! Воины. "Пионеры" легли рано и даже быстро умолкли – устали, ибо они были наказаны за нарушения и несоблюдение дисциплинарного устава отряда отжиманием. Так у нас заведено.

Стоим, ждем с моря погоды. Волна. Довели до ума флот. Назначена первая тройка дежурных. Урок первый: костер разводится с веток, на них же готовится еда. Для закрепления урока – 20 отжиманий. Поскольку данный материал усваивался плохо на протяжении всего похода, пионеры учились отжиматься. В итоге достигли завидных результатов в отжимании, но к сожалению не в разведении костра.
Колбаса стала местной валютой. Кружочек из нее же – условная единица. Понемногу стал развиваться хватательный рефлекс – на условный сигнал «берем колбасу!». Заодно выставляется прямой удар рукой мае дзуки. После обеда первая, она же генеральная, репетиция заплыва на катамаранах. Так сказать, проба пера, то есть весла. До мыса и обратно. Даже дети гребут, и рулят, и разворачиваются, – объяснять не пришлось. Какие толковые они у нас! Каждый по отдельности – маленький взрослый, диву даешься. Как только собираются в стаи, так… казаки-разбойники; карты, чипсы, два пинка.Засыпали неохотно: отжимание – терпимое наказание и сон приходит значительно быстрее и на удивление гораздо крепче.

Отчалили ранним утром. Погода шептала. Но не долго. Шли вдоль берега. Обогнули мыс Татарский, с выражением морского волка на лице. В зарослях камыша нашли протоку.

«Бобров на шапки!»
Вошли в Пионерку. Так называется река. Через каждые 50 метров видны результаты жизнедеятельности бобров – поваленные деревья. Поначалу было интересно – проскочим или нет? Под или над деревьями? Как грести и/или табанить так, чтобы приложить минимум усилий и не намочить ноги. Но потом, когда все больше волоков и обносов, спортивный азарт сменяется ненавистью к бобрам. Здесь пришло осознание, что выйти сухим из воды не получиться. Полностью отдаешься водной стихии – и той, что снизу, и той, что сверху. Сходишь с катамарана на «зыбкую почву под ногами» - тое есть, на деревья, поваленные некогда бобрами и ненадежно уложенные под водой, и начинаешь волочь плавсредства, груженые рюкзаками и гребцами, через подводные преграды, образованные этими самыми деревьями и корягами, проклиная пятый день творения, когда бог придумал бобра. Неосторожное движение, потеря равновесия – и вот ты уже под водой. Что удерживает тебя в бытии? Спасжилет. Что греет душу? Наличие сухой сменной одежды в рюкзаке. Кто помогает в трудную минуту? Рука товарища, ну или его весло – тоже приятно.

«Дым отечества нам сладок и отраден».
Спасибо тем, кто был до нас. Шикарная стоянка в гуще леса. Готовые сухие дрова. Стол и скамейки. Столбы для тента. И главное – нет хозяев. Завтра мы восполним их запас дров, потраченный нами сегодня с лихвой. Ну или столько же нарубим. Ну, половину это точно…А впрочем, они не обидятся и насобирают еще. Эх, все мокрое от дождя – разжечь огонь с одной спички не удалось… Даже со второй… Даже Лёше… Почему много много-точий и мысль скачет? Потому что хо-хо-лодно, зуб на зуб не попадает. А мысль на мысль… И греешься, греешься, греешься. Сушишь мокрую одежду, кроссовки, иногда до полного их обугливания, в лучшем случае шнурков.
Хвала Прометею! Вода – это жизнь, не спорю. Но огонь – условие ее существования. Первый час ночи. Наконец-то из-за туч выглянуло солнце и золотит верхушки вековых сосен. Пионеры не спят. Смеются. Эх, детство. Отжимание – почётное наказание. Завтра же на галеры! Будут грести с утра до ночи… которая не наступит – в разгар июня.

В первой половине дня покончили с Пионеркой и впали в оз. Комсомольское. Комсомол - не самый легкий период становления молодого бойца. Поэтому решили не плыть против ветра, а расположиться в живописном месте в сосновом бору. Кострище и стол, поляна, залитая солнцем, на которой нежились только ленивые. Пионеры же с воплями «Убью гада!» разоблачали и ловили шпионов. Откуда шпионы в отряде единомышленников? Мы одни в этом Эдемском бору. Пришлось прекратить жестокие игры и повесить шпио… то есть сетку, импровизированную, из веревок. Объяснить правила игры в пионербол, которые пионеры знали еще лучше пионервожатых, и, о чудо, их было не остановить. Обессиленные, пионеры попадали в палатку и… не заснули. Еще долго слышался задорный детский смех и флегматичный бас Дениса, который командовал голосом Евгения Гавриловича: «Дежурные, подъем!».

Отчалили рано утром, пока не было ветра. Погода обещала быть чудной, а река – Веселой. За два часа преодолели озеро Комсомольское и, иронизируя в ответ на скепсис тамошних аборигенов о проходимости реки Весёлая, перекусив, команда с воодушевлением отправилась в путь. Живописные заводи, камышовые [по]росли, никаких [за]рослей деревьев – находки для бобров, кувшинки (даже белые), уточки, рыбаки и рыбки… Сказка… Через час, когда Веселая вошла в сумрачный смешанный лес, и деревья, нависая над водой, закрыли небо, от веселья не осталось и следа. Появились совсем не «пионерские» завалы. Приходилось купаться и нырять по нескольку раз. Реке не было конца, что нельзя было сказать о нашем терпении. В восьмом часу вечера, уставшие и изможденные, бросили якорь в глухом лесу. Перекусили ужином, а комары нами, рухнули в палатку и… давай болтать и смеяться. Уже никто не угрожал отжиманием – взрослые спали без задних весел.

С утра рывок-гребок, обнос – и Веселая позади. А впереди – вытянутая на много километров Вуокса и гребли на полдня. В общем, сомнительное вознаграждение за труды наши и лишения. Правда отвлекала от работы руками сказочная красота карельской природы. То здесь, то там серые скалистые берега. То вдруг водная рябь сменяется абсолютным зеркалом на много метров вокруг – так, что облака, берега и пионеры отражаются в воде без искажений. То ни с того, ни с сего - островки в центре озера. На одном из таких – деревянная часовня Андрея Первозванного на Вуоксе. На левом берегу пристань и маленький паром, который ходит к часовне. Напротив храма мы и решили бросить свою бренную плоть. После обеда – заплыв до храма и обратно, после ужина смотр самодеятельности – песни, пляски, анекдоты, некоторые из них даже смешные. Сказка «Маша и медведь». Читает: Денис. Действующие лица: Маша – Елена Александровна, Медведь – Елена Александровна. Найхачин в исполнении Ани Берзовой.
Улеглись. Скопище чаек кружит над часовней и, не переставая, пронзительно вопит своими инфернальными голосами, как будто они - души паломников, не обретших, но все еще алчущих спасения. Разбудить бы наших бойцов – и посмотрим, кто кого перегорланит.

Взрослый, как известно, – друг человека. А товарищи Евгения Гавриловича – самые лучшие друзья: и из лесу вывезут (и снова ввезут), и мороженым накормят, и даже дрова свои пожертвуют. В общем, очутились мы на берегу озера Суходольское – сосновый бор и песчаный пляж. И не единого комара. Из Маршрута №1 (http://www.skitalets.ru ): «Вдоль северного берега озера и Вуоксы в годы Великой Отечественной войны проходила линия Маннергейма. От нее остались взорванные доты, обвалившиеся траншеи, куски колючей проволоки». Все так и есть. Подтверждаем. Кому интересны подробности, пусть отроет учебник истории.

«Цель вожделенная».
Ближе к вечеру сплавали на катамаранах до турбазы «Лосево». Здесь река Вуокса впадает в Суходольское и образует порог, который и привлекает сюда рафтеров, байдарочников, катамаранщиков и так просто тусовщиков. У иных и вовсе из плавсредств только спасжилеты. Вот и прыгают они с моста в порог – кайф непосредственный, да и «саночки возить» нет необходимости. Нам же, чтобы пройти порог – то, ради чего «мы все здесь собрались», пришлось-таки свои саночки пронести километр по извилистым тропам (с инфраструктурой там не очень, правда, есть магазин, где продается все, и главное – чипсы). Обнос стоил того, но, надо признаться, лишь раз. И назад, на ужин. А до ужина полтора часа грести.

Отдых. Солнечные ванны, водные процедуры. Народ раздает съестные припасы и заначки – не везти же подкормку обратно родителям.

Электричка до Питера. Северная столица – вид с Невы. Им любовались, пожалуй, только взрослые. Автобусная экскурсия скучнее, разве что перекинуться в картишки, раз нет чипсов. Прогулка вдоль и поперек Невского проспекта, просмотр достопримечательностей. Главная из них найдена – МакДоналдс forever. Вокзал. Поезд. Народ, похрустывая во сне чипсами, спит без задних ног. Странно, ведь отжиматься никто не заставлял, потому что негде. Утро. «Утро красит нежным взором стены старого кремля». В лесу хорошо, а дома лучше. Когда там следующий поход - обязательно пойду.

Фото отчет о летнем походе можно посмотреть здесь.